Организованная преступность для меня лично - темный лес. То есть, конечно, я знаю, что у каждой фирмы есть своя "крыша", что солнцевские держат то-то, а подольские то-то, что живут на свете всякие тайванчики и япончики... Но почему, если все всё про них знают, они до сих пор не в тюрьме? И директор банка, например, или чиновник, который украл кредит, - "организованный" ли он преступ­ник? И что вообще со всей этой заразой, которой пропиталась страна, как пончик - прогорклым маслом, делать?

Как ни странно, на все эти вопросы мне попытался ответить не какой-нибудь мужчина в погонах, а женщина. Елена Андреева - лич­ность сугубо штатская. Однако вот уже шесть лет она возглавляет круп­нейшее частное охранное агентство. Пишет докторскую диссертацию на тему "Теория и практика борьбы с оргпреступностью в сфере эконо­мики". Стены s ее кабинете увешаны грамотами ГУВД, МВД и даже... патриархии. Ее зовут на милицейские "круглые столы" и на междуна­родные конференции. В общем, человек более чем знающий...

- В начале перестройки в "Литературной газете" шумели статьи Гурова "Лев готовится к прыжку" и "Лев прыгнул" - о том, как должна переродиться преступность в стране. И она перероди­лась, переплюнув все самые мрачные прогнозы. В чем это пере­рождение, на ваш взгляд, состоит?

- Еще 10 лет назад основы преступности складывались из крими-напьных профессий. Умение осуществлять карманные, квартирные кра­жи, сутенерство, рэкет цеховиков и так далее... Преступники в основ­ном были изначально вскормлены в криминальной среде и жили по ее законам - пусть особым, но законам, числя себя вне нормального об­щества. Воры в законе были эдакими третейскими судьями, которые могли разрешить любые конфликты и следили за отчислениями денег в общак... Вы помните, что Главному управлению по борьбе с оргпре­ступностью от силы 10 лет? А московскому РУБОПу - 6? И первые их действия, когда стало понятно, что "лев готовится к прыжку", были на­правлены как раз против уголовников. Тогда немало людей отправи­лось в тюрьмы . Но когда в России стало можно зарабатывать деньги, появились бизнесмены, предприниматели, появилось и принципиально новое поколение преступников Ну. скажем так, мальчиков-спортсме­нов, шпаны, которая не владела никакими "специализациями" - сейф там взломать, кошелек виртуозно вытащить... И своих, внутренних правил у них никаких не было, кроме одного: "трясти" богатых можно лю­быми способами. Потом из этих "стихийных банд" выдвинулись свои лидеры. Умные, энергичные. Те, кто стал думать за "бойцов". Знаете, например, что глава Измайловской преступной группировки "Антон" - из профессорской семьи? Лидеры нынешнего преступного мира встра­иваются во власть, продвигают своих людей в политику... Была, напри­мер, история вокруг мэра одного из крупных провинциальных городов, который оказался неугодным местной преступной группировке. Она хо­тела полностью контролировать вещевой рынок, где продавали в основном товары с угнанных фур - водителя выкидывали, "начинку" за­бирали. Так авторитеты дошли чуть ли не до администрации президен­та, желая вложить огромные деньги в свой политический интерес...

- Вы все-таки говорите об откровенных бандитах, беспределыциках. Но есть же птицы и более высокого полета - те же политики и чиновники, которые проворачивают многомиллионные аферы...

- Тот, кто ни в кого не стреляет, не бегает с кастетом, а сидит в кабинете и продумывает схему махинации, такой же преступник. Как складываются их отношения с группировками? Ну. во-первых, им ино­гда нужны исполнители, и тут работает система "заказа". Во-вторых, иногда лидеры группировок присматривают перспективного чиновника и начинают его обхаживать - подарки, ужины, развлечения... Коготок увяз - всей птичке пропасть. Ну а потом объекту предлагается заранее разработанная схема аферы. Часто - очень хорошо разработанная. К примеру, над некоторыми алюминиевыми схемами братьев Черных правительство до сих пор чешет голову: тут либо отрасль закрывать, либо оставить им возможность выжимать регион, но при этом и людей кормить... Но самое страшное, по-моему, то, что у некоторых лучших представителей бизнеса перекосило сознание. Они иногда позволяют себе думать так же, как бандиты. С ребенком одного нашего клиента очень нехорошо обошлись. Это его, конечно, сильно задело. И вот он приходит и начинает мне рассказывать, как хорошо было бы убить та­кого-то и закопать. Даже план подробный расписывает, который в его голове созрел. Я объясняю, как могу если кто-то "закопает", то будет потом всю жизнь выкапывать и держать вас на крючке. И это будет за­висимость на всю жизнь… Есть клиенты, которые обращаются в детек­тивную фирму чтобы подготовить заказное убийство - маршрут отследить и так далее. Или просят защитить их, когда они у кого-то что-то украли... Как будто закон - это совсем эфемерная вещь. На такой за­каз могут согласиться только аутсайдеры охранного дела, которые на­носят вред всему бизнесу в области безопасности. Поэтому, я считаю, охранные агентства должны очень плотно сотрудничать с правоохрани­тельными органами и стать их реальной частью. Тем более что к нам оттуда перешли очень хорошие профессионалы...

- Имена лидеров преступного мира всем известны, сферы, которые они контролируют, тоже... Так почему не сажают-то?

- Лидеры своими руками мало что делают. А исполнители пред­почитают сесть на несколько лет в тюрьму и потом вернуться к обеспе­ченной коллегами жизни, чем ее лишиться вовсе, дав показания. Похо­жая ситуация была а Америке в золотую эпоху гангстеров и бутлегеров. Поэтому ловить в основном реально, скажем, на уклонении от налогов, как это делали с Аль Капоне.

Есть точка зрения: "Надо всех преступников собрать, вывезти в чисто поле и расстрелять". Но это же 37-й год, это никакое не право­вое государство... Вот я была на конгрессе в Израиле, где собрались главы криминальных полиций 40 стран. У нас милиционера за приме­нение оружия по инстанциям затаскают, у них - если должен был, но не применил. В Израиле разрешено фактически применять пытки к за­держанному, если это может предотвратить угрозу жизни людей. За­ложников, например. Когда у нас подбрасывают преступнику наркотики или оружие, потому что нет других доказательств - это плохо или хо­рошо? Извечная, кстати, проблема всех полицейских мира...

- Но вам же ведь приходится по роду профессии противо­стоять бандитским наездам на клиентов? Как вы это делаете?

- Банальный совет - соблюдать законы. На тех, кто перед ними чист, как правило, не наезжают.

- А что, у нас есть фирмы, которые соблюдают закон?

- Представьте себе, есть. Например... (задумывается) Одна круп­нейшая кондитерская фабрика в Москве. Они даже официальных нало­говых лазеек не хотят искать. Все платят что положено, до копейки. А вы возьмите, с другой стороны, бизнесменов, которые в учредители фирмы сознательно берут бандитов. А потом прибегают в ужасе: "Меня хотят убрать!" Группировки очень часто, когда понимают, что могут обойтись без предпринимателя-соучредителя, от него избавляются... В любом случае, не надо бегать и кричать: "Ах, меня обидели!" Надо быть подготовленным заранее. Все разговоры с визитерами должны быть записаны на пленку, эти люди должны быть сняты на камеру слежения, зафиксированы номера их автомашин, установлено место жительства... Дальше можно начать выяснять, кто они и откуда, на них собирается материал, который можно пустить в ход в качестве, так сказать, контр­аргумента, чтобы люди поняли, что лучше им с фирмой не связываться. Все это, заметьте, в законных рамках. Когда они знают, что мы знаем - их рыльце в пуху, предпочитают свои когти вытащить.

- Как вы относитесь к методам работы фирмы "Атолл", ко­торая так активно засветилась в деле Березовского?

- Такие виды слежки незаконны. Но... Мы прибегаем к услугам фирм, добывающих нам необходимую информацию. Рискуют в этом случае они. А ведь техническое оснащение у них иногда гораздо лучше, чем у правоохранительных органов. Если бы как-то им наладить сот­рудничество,..

- И все-таки, Елена Георгиевна, как глобально решать проб­лему оргпреступности? Ведь все прогнило снизу доверху... Пред­ставьте: приходит к власти новый политик, и дается команда "на­вести порядок". А кому наводить-то?

- Политическая воля прежде всего нужна, конечно. А люди... По-моему, в той же милиции осталось достаточное количество людей, ко­торые способны бороться за идею и работать по 24 часа в сутки, рискуя жизнью. Возьмите хотя бы Николая Волкова, который занимался делом Березовского и "Аэрофлота"...

В России сейчас заключенных больше, чем в СССР. Тюрьмы лопа­ются. Посадить всех воров - это не выход. Надо менять экономиче­ские схемы, и менять их должно государство. Аналитики вычисляют пу­ти ухода денег из страны. А законодатели по этим схемам должны рас­ставлять "заслонки": пусть будет выгоднее вложить у нас, чем за грани­цей. Причем легально вложить - нелегально и сейчас выгоднее в де­сятки раз...

- А ведь вам из-за вашей специфики, наверное, крах орг­преступности был бы невыгоден...

- Да Господь с вами! Я только сплю и вижу жизнь без улаживания всяких конфликтов. Мы за это улаживание и беремся-то, чтобы у нас покупали обычные человеко-часы: столько-то охранников стоит на по­стах там, столько-то - здесь. На мирном Западе ведь так и работают: физическая охрана банков, казино, перевозки ценностей... А в какой-нибудь турфирме или конторе по производству соков-вод при нормаль­ной жизни секретарши для того, чтобы отваживать нежеланных посети­телей, вполне хватит...

Баюн Елена